Европейские перспективы

За рамками COP21: состояние переходных процессов в энергетике Франции

Во Франции 2015 год можно назвать марафоном энергетики и сохранения климата. На первом этапе, после многолетних острых политических дебатов Франция в августе 2015 года приняла первый в своей истории национальный закон об энергетическом повороте, который должен был продемонстрировать лидирующее положение Франции в переходе к устойчивой экономике. Позднее в декабре того же года в Париже прошла 21-я международная конференция по климату (СОР 21), которая взяла на себя сложную задачу по разработке международного соглашения, направленного на борьбу с глобальными изменениями климата в период после 2020 года. Обе задачи – придание нового импульса и определение ключевых ориентиров для национальных и глобальных проектов – были достаточно успешно решены.

Авторы: Катрин Гластра (Kathrin Glastra), Фонд Генриха Белля в Брюсселе, Андреас Рюдигер (Andreas Rüdinger), IDDRI

Рассматривая исключительно закон об энергетическом повороте, план реорганизации энергетики во Франции вполне можно признать одним из самых амбициозных в Европе, поскольку он включает все необходимые задачи и компоненты сбалансированной дорожной карты по сохранению климата. Тем не менее, трудности реализации этого плана будут неизменно возрастать, а соблюдение сроков станет одной из главных проблем. Многие наблюдатели опасаются, что после огромного внимания к вопросам энергетики и климата во второй половине 2015 года как внимание политиков, так и настрой на принятие решительных политических мер могут постепенно угаснуть, сойдя на нет в связи с предстоящими в 2017 году президентскими и парламентскими выборами. Каковы успехи Франции во внедрении собственной стратегии реорганизации энергетики после СОР 21?

Можно выделить три основные трудности: эффективное внедрение мер по повышению энергоэффективности, исходно названных «поворотным моментом стратегии Франции по реорганизации энергетики»; меры по снижению потребления ископаемого топлива, прежде всего в транспортном секторе; и, что наиболее важно, принятие понятной стратегии изменения структуры производства энергии на период до 2030 года, составляющие сбалансированный сценарий сроков достижения различных планируемых показателей.

Несмотря на то, что сформулированная в законе Франции цель по снижению общего энергопотребления на 50% в период с 2012 года по 2050 год не получила широкого резонанса, она остается одной из наиболее амбиционных задач данного закона. Однако предпринимаемые шаги не обеспечивают реализации столь амбициозных планов. Французское правительство анонсировало публикацию к середине 2016 года нескольких нормативных документов, которые могут стать позитивными сигналами. Тем не менее, существующие схемы поддержки (налоговые субсидии и экокредиты для повышения энергоэффективности) реформам еще не подвергались, а также совершенно не принимались никакие меры по их реализации на практике, как и не было попыток создать масштабные инструменты финансирования модернизации зданий, что удивительно с учетом столь серьезных амбиций. В целом современное развитие больше похоже на поступательное движение, чем на настоящий переворот, закрепляющий принцип «эффективность в первую очередь». Все это касается и борьбы с энергетической бедностью. В то время как большинство экспертов считает, что ее устранение достижимо только путем структурных мер (например, путем снижения энергопотребления за счет более энергоэффективных домов и бытовых приборов), единственным шагом, сделанным в этом направлении, стало внедрение «экочеков» — пособия размеров 150 евро для помощи семьям со скромным доходом в оплате счетов за электроэнергию.

В отношении снижения потребления ископаемого топлива на 30% к 2030 году в настоящее время наблюдается крайне мало сигналов, демонстрирующих отклонение от статус-кво. Стимулы к передвижению по городу активными способами и на общественном транспорте на практике сводятся к (скромным) субсидиям для жителей пригородов, использующих свои велосипеды. К большому сожалению, правительство Франции не воспользовалось возможностями, связанными с рекордно низкими ценами на нефть для повышения налога на выбросы углекислого газа, который мог бы стать существенным источников финансирования проектов по реформированию энергетики.

В качестве третьего пункта, публикация нового многолетнего плана развития энергетики (planification pluriannuelle de l’énergie, PPE) вполне может считаться наиболее важным отдельным вопросом в дальнейшей реализации энергетического перехода Франции. В отличие от предыдущих инструментов планирования, рассматривавших все сектора энергетики (возобновляемая энергетика, электроэнергетика, природный газ, транспорт и т.д.) независимо друг от друга, основная идея при разработке PPE заключалась в их объединении в целостную стратегию развития для достижения целей, поставленных на 2030 год. Разработка PPE должна была завершиться до конца 2015 года, однако позднее сроки были перенесены на середину 2016 года. Еще важнее то, что PPE может и не справиться с задачей по решению единственного вопроса, который сдерживает реальные преобразования в энергетике Франции: определение будущего атомной энергетики и реализация плановых показателей по снижению доли атомной энергетики с 75% до 50% в 2025 году.

Вместо того чтобы подать ясные сигналы, свидетельствующие о перспективах развития общей структуры энергоресурсов, правительство сделало выбор в пользу двоякого решения по (частичному) удовлетворению интересов возобновляемой энергетики, избегая при этом нежелательного вывода из эксплуатации атомных станций. С одной стороны, указ, опубликованный в апреле 2016 года, предусматривает промежуточные цели для развития возобновляемых источников энергии с указанием контрольных показателей (не являющихся юридически обязательными).

  • Установка солнечных батарей мощностью 10 гигаватт к 2018 году (2015: 6,5 гигаватт) и 18–20 гигаватт к 2023 году.
  • Создание ветряных электростанций мощностью 15 гигаватт к 2018 году (2015: 10 гигаватт) и 22–26 ГВт к 2023 году.

С другой стороны, правительство заявило о том, что до конца 2018 года не будет принято ни одного решения о выведении из эксплуатации или продлении срока эксплуатации атомных реакторов (за исключением старейшей атомной электростанции в Фессенхейме, которая должна быть выведена из эксплуатации до конца 2017 года), что фактически приводит к отказу от ответственности на этот короткий период. Такое отсутствие сигналов со стороны правительств приводит к возникновению целой группы факторов риска.

  • В реалиях современного уровня производства электроэнергии снижение доли атомной энергетики до 50% означает выведение из эксплуатации примерно 25 реакторов к 2025 году. Если это будет осуществляться после 2020 года, то приведет к необходимости вывода из эксплуатации в среднем пяти реакторов в год и резкому увеличению соответствующей потребности в экономии электроэнергии и использовании возобновляемых источников.
  • При отсутствии понятных сигналов и четких концепций со стороны правительства, компания Électricité de France (EDF) — крупнейшая в мире компания-оператор атомных электростанций — вполне может решиться на инвестиции в продление срока эксплуатации атомных станций до того, как правительство определит их дальнейшее развитие. Принять решение о выводе атомной электростанции из эксплуатации в конце ее срока службы достаточно сложно. Однако в случае, если АЭС только что прошла модернизацию стоимостью в миллиард евро, сделать это еще труднее.
  • Франция, являясь крупнейшим экспортером на европейском энергетическом рынке, уже страдает от наличия значительных избыточных мощностей и упавших цен (в среднем на 25 евро за 1 мВт в апреле 2016 года). В данном контексте реинвестирование как в атомную, так и в возобновляемую энергетику, неизбежно приведет к созданию большого количества уцененных активов, поскольку данные станции будут не в состоянии окупить затраты.

Принимая во внимание, что проведенный краткий анализ дает достаточно критическую оценку существующего положения дел, целесообразно определиться с тем, что поставлено на карту. Действительно, своевременное принятие последовательной программы развития и ключевых мер по запуску механизмов преобразования — это не только вопрос достижения политикой Франции поставленных целей. Прежде всего это риск потери существующим правительством политического наследия в области борьбы с изменением климата. Действующее правительство стремится стать «лидером на примере» и максимально продвигать энергетический переход, чтобы общество в целом приняло это новое видение.